Ростов-на-Дону Воскресенье, 23 июня
Общество, 26.04.2022 07:27

«Мы мирные русские моряки»: капитан задержанного во Франции ростовского теплохода — о произошедшем и отношении французов

В конце февраля в портах на территории Франции были задержаны два сухогруза, которые находятся в лизинге у российской судоходной компании ООО «Альфа», зарегистрированной в Ростове-на-Дону. Так, 28 февраля в порту Фос-Сюр-Мер был задержан сухогруз «Виктор Андрюхин». Второе судно было задержано береговой охраной Франции 1 марта. Сухогруз «Владимир Латышев» выполнял рейс по маршруту: Санкт-Петербург (Россия) - Сен-Мало (Франция) - Алжир (Алжир).

Все дело в том, что собственником кораблей выступает государственная корпорация - АО «Государственная транспортная лизинговая компания». Странами ЕС в отношении ГТЛК были введены санкции. Видимо это и стало причиной задержания кораблей.

«Блокнот Ростов» удалось пообщаться с капитаном корабля «Виктор Андрюхин» Александром Олейниковым, который рассказал в подробностях о том, как все произошло и как команда живет последние два месяца.

Сразу два теплохода оказались "замороженными" во французских портах


По словам Александра Олейникова, все начиналось как обычно. Судно получило заказ на доставку стали из Франции. В графике был заход в итальянскую Ровену и израильский Ашдот.

— На рейд Франции, где должны были забрать груз, мы пришли 24 февраля. Перед этим агент заверил нас, что причал свободен и нас возьмут с ходу. Но ситуация резко изменилась и нас неожиданно поставили на рейд. К причалу нас поставили только 27 февраля и сразу же начали погрузку. На ночь, по местным правилам, ее приостановили. А уже утром 28 февраля работы возобновились. Все проходило в штатном режиме, — рассказывает капитан теплохода.

Однако, где-то к обеду 28 февраля на борт прибыла морская жандармерия. Они были в касках, камуфляже. Их целью был осмотр судна на предмет наличия оружия и наркотиков. По словам капитана Олейникова, это нормальная практика, но обычно такое происходит до постановки к причалу. По его словам, все проходило корректно, без какого-либо негатива. Ничего не найдя — они уехали.

Владельцем судна числится "Государственная транспортная лизинговая компания"

— А через 30 минут к нам подъехал другой автобус. Из него вышла береговая охрана. Их было восемь человек, все вооружены. Они поделили судно на сектора и приступили к осмотру. Осматривали все: каюты, трюмы — все помещения. В моей каюте они заглянули в чемоданы, куртки, сейф. Там не было ничего запрещенного. Единственное, что не дал — это план охраны судна. Не могу его показывать из-за транспортной безопасности. Но они и не настаивали, — вспоминает Александр Олейников.

Осматривали судно они тщательно и долго.

— Трюмы и основные помещения они профессионально осмотрели, а дальше возникли сложности. Их старший постоянно на телефоне был и получал инструкции. Оно же видно, когда люди все делают профессионально, а когда в первый раз. Так продолжалось до конца дня. А вечером мне сообщили: «Капитан, мы оставляем четыре человека». Меня это удивило, и я заявил, что мы никуда не собираемся бежать, и смысла в этом не вижу. Но представитель береговой охраны заявил, что они не все осмотрели. В итоге так они и остались на мостике до утра. Мы им показали, где чай, кофе, туалет, — рассказывает Александр Олейников.

В первый день марта осмотр продолжился. При этом, как отмечает капитан, все делалось очень медленно и растянуто, а проверяющие постоянно получали новые распоряжения и инструкции.


С 27 февраля судно стоит во французском порту  

— Во время перекура мы с ними общались. Все было вежливо, без негатива. Нас пытались спросить о нашем отношении к ситуации (спецоперация России на Украине, - прим.ред). Мы говорили, что все сказано президентом, а мы мирное торговое судно и говорить что-то — не в нашей компетенции, — рассказывает Александр Сергеевич

Единственной проблемой стал языковой барьер, так как у французов туго с английским языком. А вечером надо было составлять акт осмотра. Без переводчика тут было не обойтись. Помогла Наталья, которая уже давно живет во Франции и работает как раз переводчиком.

— Огромное ей спасибо, она старалась нам помочь и поддерживала в ситуации, которая очень быстро развивалась. Она нам сразу сказала: «Мальчики, будьте готовы, события развиваются в нехорошую сторону. Давала нам советы, что нужно не бояться, не теряться и отстаивать свою позицию. Для меня это была новая и необычная ситуация, но в процессе переговоров все уже пошло нормально, — рассказывает капитан.

В ходе переговоров стало понятно, что корабль «заморозили».

— Понимаете, не задержали, не арестовали, а это модное нынче слово — заморозили. Заморозили судно как объект. Претензий к экипажу у них нет. Мы можем спокойно покидать судно, выходить в город и даже покинуть страну. Мы спросили: «А как понимать заморозку?» Но ответа не было, они лишь переглянулись. Нам Наталья потом пояснила, что этот вопрос просто поставил их в ступор, и они сами не знали то, что им на это ответить. Я называл это задержанием, но они это отрицали. Оно и понятно, ведь в этом случае им бы пришлось взять нас на содержание, а они хитрые, и не хотят этого, — говорит Александр Олейников.

Порт Фос-Сюр-Мер (слева) находится на Юге Франции

После всего этого капитана попросили поставить подпись под двумя документами. Однако один из них вызвал у Александра Олейникова сомнения.

— Потом они дали мне на подпись документы. Но я отказался подписывать. Сказал, что не имею на это право. Мне формулировки не понравились. Я не хочу свидетельствовать против родины, судовладельца. Вообще всех наших. Просил дать документ, чтобы отправить юристам и если те разрешат — я подпишу. Но они сказали, что не имеют право его мне дать. Я в итоге подписал только тот, где говорится о том, кто я, где живу и т.д. И они покинули судно, — рассказывает капитан.

Следом к «Виктору Андрюхину» прибыли телевизионщики. Они отсняли корабль со всех сторон. Потом приехали другие и хотели даже взять интервью, но Александр Сергеевич отказался.

Все, по словам капитана, общались вежливо и деликатно. Никакого негатива или попытки вывести на конфликт не было.

— Ребята там нормальные, но видно, что они начитались и насмотрелись ужасов про Россию. Спрашивали, долетят ли до нас ракеты из России? Их напичкивают информацией, что все мы вот такие, мягко скажем, плохие люди. Но я для себя сразу решил, что в полемику не влезаю. Лишь сказал: «Господин лоцман, все будет хорошо», — улыбается Александр Олейников.

В итоге судно перешвартовали на рудовозный терминал на окраине порта. При этом изначально, как сообщил агент, планировали перевезти его в Марсель. Но этого не получилось сделать, так как не было места для корабля. Тем более за судном надо следить, снимать с него загрязнители и прочее. А для портов — это лишняя головная боль.

Вот такую картину моряки наблюдают уже второй месяц

Полное осознание ситуации, как говорит Александр Олейников, пришло немного позже. Почему и зачем все это было сделано.

— И уже потом я понял, почему все это происходило. Смотрите, 24 числа нам говорят, что сразу поставят на погрузку, но ставят на рейд. И перед нами на этот причал два теплохода проходят. А затем все это с осмотрами. Причем говорили нам, что это тотальная проверка. А они просто, как у нас говорят «мурку водили», а 28 февраля вышел пакет санкций, благодаря которому они могли нас задержать. А 8 апреля под санкции попала и ГТЛК (Государственная Лизинговая Транспортная компания), которой по сути наше судно и принадлежит, — говорит капитан.

С продуктами, по словам Александра Олейникова, проблем нет. Ситуация разрешилась и сейчас их они получают своевременно. Сложности возникли из-за того, что Россию отключили от SWIFT и переводы идут дольше обычного.

— Есть конечно задержка по оплате из-за переводов, но это от нас не зависит. Работал бы SWIFT, то все было бы хорошо. Ту же все как: «вечером деньги — утром стулья». Без оплаты никто ничего делать не будет. Спасибо судовладельцу, что он находит варианты того, как заплатить. Тоже и со снятием загрязнителей. Мы не хотим, чтобы нас еще в порче экологии тут обвинили, — добавил Александр Сергеевич.

Теплоходу нашли место на окраине порта 

Несмотря на то, что к капитану и морякам никаких претензий нет и они даже могут покинуть страну, делать этого они пока не собираются. По словам Александра Олейникова он как капитан не может подвести своего судовладельца.

— Как я могу бросить корабль? Упасть в амбиции и подвести судовладельца? Я капитан и это неприемлемо. Если я устану — я могу попросить судовладельца о замене. Мы регулярно на связи, я рассказываю о своем состоянии, состоянии команды. И уже судовладелец принимает решение о том, как быть дальше. Ну и тем более у нас у всех до 15 мая действующие контракты. А там видно будет. Но решает все судовладелец, — говорит капитан.

Все случившееся Александр Олейников считает новым опытом и уверен, что нужно с честью все это пережить и не ударить в грязь лицом. Тем более никто из членов команды в похожих ситуация ранее не оказывался.

— Мы сейчас прежде всего сохраняем свое лицо, не кидаемся в полемику, амбиции. Знаю, что украинские моряки в некоторых портах, когда видят русских коллег, начинают в агрессию уходить, помидорами швырять и прочее. Мы так не можем. Это не соответствует статусу русского моряка. Понятно, что и ребятам тяжело, но мы все вместе и держимся, — рассказывает Александр Сергеевич.

Однако тяжело приходится не только морякам, но и их родственникам. Тем более, когда в СМИ регулярно появляется информация о притеснении и нападках на русских.

Проблем с едой и водой нет

— Конечно, родственники переживают и волнуются. Все мы с ними находимся на связи. Ребята знают, что им говорить. Что не надо нервничать, не надо поднимать панику. Что все у нас хорошо. Работы нам на теплоходе хватает. Ребята отвлекаются, выполняют свои обязанности. Самое главное для жизни: питание, вода и нормальные человеческие условия — все есть. Психологически, конечно, тяжело, что мы стоим. Но мы пытаемся настраивать себя на хороший ход событий. Это выход в рейс и дальнейшая работа, а затем смена и домой, или, в худшем случае, репатриация домой. Я своим так и говорю: «Не надо паники, мы в работаем в обычном режиме — контракт идет». Домой хочется всем, но пока работаем, — рассказывает капитан.

При этом капитан отдельно выразил благодарность своему работодателю, который не бросил в беде и всячески поддерживает.

— Хочется сказать спасибо судовладельцу. Мы получаем зарплату вовремя. Нас руководство компании не обижает. Оно постоянно на связи, справляются о том, как дела, как команда. Наш судовладелец говорит, что главное для него — это люди. Это приятно слышать, — говорит Александр Сергеевич.

Общается Александр Олейников и со своим коллегой с теплохода «Владимир Латышев», который оказался в аналогичной ситуации, но в другом порту.

— У них обстановка сейчас такая же, но там ситуация интересная. Они же с грузом шли из Санкт-Петербурга в Алжир. Сейчас они в порту Сен-Мало. У них там, правда, первые дни ситуация развивалась достаточно серьезно. Там была проплаченная манифестация, ночью какие-то пьяные люди кидали в судно помидоры, оскорбляли. Там же порт небольшой и к кораблю можно спокойно подойти. Наши коллеги даже перешли в полную боевую готовность и были готовы отойти от берега и стать на якорь, чтобы обезопасить себя. В итоге полиция приехала и разогнала недовольных. Но сейчас им, наверное, даже проще. Там порт прям в деревне — они могут спокойно выйти, немного психологически отдохнуть. Мы же с 20 февраля, после выхода из Испании, на борту. А до ближайшего города — 20 км, — рассказывает капитан «Виктора Андрюхина».

Все происходящее Александр Сергеевич называет не иначе, как беспределом, так как в один миг перестали работать всяческие законы. Такого, с его слов, не было даже во времена холодной войны.

— То, что сейчас тут происходит, если говорить просто — беспредел. В данной ситуации ни один из законов не работает. Даже местные были удивлены. Все решения принимаются по горячим следам, даже опираться не на что. В советские годы такое представить было невозможно. Это бы сразу расценили как задержание или пиратство. Были бы другие разговоры и решение. А сейчас все быстро и никто не хочет ничего решать со стороны французских властей, — возмущается Александр Олейников.

Моряки без дела не сидят

Сейчас судьба корабля решается в суде. Судовладелец оспорил решение о «заморозке» судна. По словам капитана, посольство постоянно держит в курсе дела. Сейчас команда ждет 29 апреля, когда пройдет очередное заседание.

— Но там тоже никто ничего не знает, за что и как судить. Нас, моряков? Так не за что. Судно? Так оно тоже ничего не нарушило. Просто за то, что оно работает? Ну это какая-то белибердистика. Там, наверху, принимают решения разные, санкции, но они не понимают, как это все должно работать. Капитаны портов за голову хватаются, они тоже не понимают того, как дальше быть. Хуже всего — это неизвестность, — снова возмущается капитан.

Александр Олейников уверен, что все в итоге будет хорошо и эта ситуация быстро закончится, и он с командой смогут дальше отправиться по маршруту.

— Я очень надеюсь, что все решится мирным путем. Нас отпустят и мы уйдем в рейс и будем дальше работать. Но уже с дружественными странами. Мы мирные люди. И это сейчас видят французы, видят все те, кто с нами общается. В начале, да, была настороженность. Нас же тут показывают агрессорами всех. Но мы не такие. Мы нормальные люди. Мы просто хотим выполнять свою работу, — отмечает Александр Олейников.



Оба задержанных теплохода были построены в 2021 году

Отметим, что от действий французских властей пострадали не только ростовские судовладельцы. Так, еще 26 февраля Франция задержала в проливе Ла-Манш российское судно, на котором везли автомобили в один из российских городов. 127-метровый роллер вез машины из французского Руана в Санкт-Петербург. Он был перехвачен у берегов Онфлера и задержан местной таможней и представителями жандармерии. Французские власти заподозрили судно в нарушении санкций.

Роман Неведров

Присылайте свои новости, фото и видео на номер +7 (938) 107-87-80 (Telegram, WhatsApp). Звоните, если попали в сложную ситуацию и не получили помощи от чиновников. 

Наш сайт в соцсетях: ОдноклассникиВКонтактеTelegramДзен

Новости на Блoкнoт-Ростов-на-Дону
РостовФранциясанкциитеплоходГТЛКпроблема
1
0