Ростов-на-Дону Воскресенье, 17 октября
Общество, 11.10.2021 14:11

«Врачи ничего не могли сделать»: спустя год после гибели пациентов в ростовской горбольнице №20 следствие так и не нашло виновных

В ночь с 11 на 12 октября 2020 года в ковидном госпитале на базе городской больницы №20 произошли перебои с кислородом. В результате погибли как минимум 13 человек. Спустя год следователи так и не смогли установить виновных, ссылаясь на какие-то сложные экспертизы. «Блокнот Ростов» выяснил, как идет расследование и почему все таки произошла трагедия.

Информация о смертях в ковидном госпитале на базе 20-ки начала появляться через несколько дней после трагедии. Первыми данную информацию озвучил портал 161.ru. Данную информацию подтвердили также и источники «Блокнота». 

Примечательно, что за сутки до публикации данного материала о трагедии на заседании городской думы Ростова заговорил депутат от ЛДПР Петр Пятибратов. Он заявил, что направил в следственный комитет с просьбой провести проверку по факту сообщений о смерти. Тогда сити-менеджер Ростова Алексей Логвиненко признался, что «есть проблемы с кислородом, с концентраторами». 

Однако уже 21 октября, спустя 10 дней после трагедии, заместитель главы администрации по социальным вопросам неожиданно заявила, что все это фейковые новости.

— На сегодняшний день предписаний о ненадлежащем лечении пациентов в этом госпитале и других госпиталях администрация не располагает. А что касается распространения фейковых новостей, на наш взгляд, это преследуется по закону и, конечно же, недопустимо. В настоящее время расследованием данной информации занимаются контролирующие органы, в том числе следственные органы. И я надеюсь, что будут установлены лица, которые распространяют эту информацию и, соответственно, будут привлечены к ответственности, — заявила Кожухова 21 октября.



Правда федеральный Росздравнадзор делом заинтересовался.

— По поручению министра здравоохранения РФ Михаила Мурашко территориальный орган Росздравнадзора по Ростовской области проверит причину смерти 13 пациентов с COVID-19 в городской больнице Ростова-на-Дону, которым, по сообщению в СМИ, не хватило кислорода, — говорится в сообщении ведомства, опубликованном 21 октября.

Уже 22 октября 2021 года депутат Петр Пятибратов назвал фамилии погибших в ту роковую ночь пациентов, попросив СК провести проверку.

— Прошу провести проверку по фактам массовой смерти граждан: В-ко, Б-ян, Р-ов, Р-нко, М-ко, произошедшей 12 октября по адресу МБУЗ «Городская больница № 20 г. Ростова-на-Дону,  — говорится в тексте депутатского запроса. — По имеющейся неподтвержденной информации смерть наступила в результате неоказания своевременной медицинской помощи (отсутствия медицинского кислорода). Врачами, дежурившими 12.10.2020 И-нко В. А. и И Т-вым В. И. на имя и.о. Главного врача МБУЗ «Городская больница № 20 г. Ростова-на-Дону» Титова А. П. был подан раппорт с описанием случившегося. 

3aa40720_4fe7_49ea_bf74_5294ec727d1d.jpg

Делом заинтересовалась и известная правозащитница Екатерина Гордон, которая приехала в Ростов, чтобы разобраться в ситуации и резко раскритиковала донские власти. Она также опубликовала показания врача-реаниматолога Артура Топорова, который дежурил в ту ночь.

— Мы вышли в смену с 21:00 до 3:00, в отделении находилось 25-27 человек, на двух докторов. На пересменке другая бригада отметила, что начал снижаться кислород в системе, у нас для этого установлен своего рода визуальный и звуковой индикатор, но после звонка в кислородную ситуация вроде поправилась, но стандартного давления достичь им не удалось, при этом, аппараты все ещё могли поддерживать постоянную 100% подачу кислорода. Затем, в течение интервала времени с 21:00 до 21:40, несколько раз кислород снижался, аппаратура начала реагировать снижением подачи кислорода к пациентам, но после нескольких звонков в кислородную, ситуация нормализовалась, аппараты продолжили подавать должную концентрацию, но кислород в системе был на отметке 2-2.5, я не знаю точных единиц измерения, обычно от 4 до 6, при снижении около 1.5 начинается звуковой сигнал и аппараты снижают подаваемую концентрацию. Точное количество кислородных провалов я не укажу за тот интервал, но раз 5-7 точно. В 21:40 ситуация усугубилась, больше 1.5 в системе кислород не поднимался, соответственно и аппараты не могли подавать достаточную концентрацию, максимум около 70%, и стоял постоянный гул. В кислородной на звонки реагировали, говорили, что ситуацию сейчас поправят, но поднять выше 1.5 они не могли. В связи с чем было принято решение связаться с нашим коллегой из чистой зоны и поставить вопрос о подключении личного кислородного резерва для отделения. Этот момент был оперативно решён. Также, мой коллега связался с начальником госпиталя Титовым Анатолием Петровичем и поставил его в известность. И все же мы постоянно старались звонить в кислородную, в надежде на положительный ответ и результат. Под «мы» я подразумеваю как врачей, так и медсестёр, по той причине, что клинически все пациенты начали реагировать ухудшением на снижение кислорода в большей или меньшей степени, и рук на это не хватало. Но с 22:10 гул прекратился, изначально, мы думали, что кислород подняли и ситуация исправилась, но нет, кислородная стрелка упала на 0, наш резерв закончился, так как на такие объёмы рассчитан не был, аппараты подавали максимум 21% кислорода, состояние всех пациентов резко ухудшилось, данный факт отражен во всех историях больных, которые лежали в нашем отделении в тот момент. Титов А. П. был снова проинформировал о происходящем. Период полного отсутствия кислорода длился около 40 минут, до 22:50. Все было сумбурно очень в этот момент, поэтому детали звонков, передвижение по палатам и порядок реанимационных мероприятий у каждого отдельного пациента я не смогу рассказать точно, приходилось разрываться везде. Пациенты начали прогрессивно ухудшаться с 21:10, как только участились перепады, в зависимости от того, на сколько тяжёлым было их состояние. И в 21:10 была фиксирована первая клиническая смерть, с последующим проведением реанимационных мероприятий до 21:40, и пятая клиническая смерть была фиксирована около 22:30, с проведением реанимационных мероприятий до 23:00.

(Смотреть с 1:10)

Позже Топоров рассказал «Блокнот Ростов», что жертв могло быть куда больше, и только слаженная работа помогла избежать куда более серьезной трагедии.

— От недостатка кислорода пациенты сразу впадают в панику, они пытаются получить его откуда-то еще, буквально хватают ртом воздух, как рыба, когда ее вытаскивают из воды, — вспоминал доктор подробности той ночи. — Это вызывает панику и неизбежно ухудшает состояние больного. Когда это происходит один раз, то критически это на пациентах не скажется. Но когда это происходит за час раз семь или десять, а потом и вовсе прекращается подача кислорода, то сказать, что нам повезло, что у нас 20 выживших - это не сказать ничего. Это просто чудо.

Врач подтвердил, что два часа в отделении не было кислорода. За это время было зафиксировано пять смертей.  Самому молодому, по словам доктора,  не было и 30 лет, а самому возрастному пациенту исполнился 81 год. Доктор также рассказал о смерти пациентов в палатах госпиталя, которые просто получали кислородную поддержку и чье состояние ухудшилось из-за перебоев. Но точное количество медик назвать затруднялся.  

screenshot_s13.stc.all.kpcdn.net_2020.10.26_18_20_00.jpg

Тот факт, что дежурившие в ту ночь врачи столкнулись с проблемами подтвердил и заведующий реанимацией больницы Борис Розин. Сам врач в тот момент был в конфликте с руководством и находился в отпуске.

— Врачи ничего не могли сделать. Я был в отпуске. Ночью начали звонить врачи, сказали, что нет кислорода. Спросили, что им делать. Я сказал, чтобы делали записи в истории болезней. А что они могли, если не было резервного кислорода? И я говорил об этом. Я сделал свою станцию (кислородную), но мне ею запретили пользоваться, потому что не было документов, — рассказал «Блокнот Ростов» Борис Розин.

Борис Розин также вспомнил, что рекомендовал врачам делать записи в историях больных. Правда потом в бумажных вариантах факт перебоев с кислородом почему-то исчез. Однако в электронных историях записи остались.

b5f95a3fd0d6ed06f81cd36de8df326c0024bf5f_727_485_c_1_.jpg

— Поэтому врачам я сказал делать записи в историях больных. Потом их заменили, даже подписи поставили другие. Но электронные носители остались. Как там устроена работа. Сначала информация заносится в электронную историю болезни. Затем медик выходит из «красной зоны» и переносит данные уже на бумажный вариант, под которым ставит свою подпись. Вы же не пронесете бумажную историю болезни в «красную зону». Поэтому, когда информация была исправлена, верная осталась в электронном виде. И всё это есть у следователей. Сами врачи, которые дежурили в ту ночь, говорили, что это не их подписи, — отметил врач.

О том, что по факту смертей в ковидном госпитале возбудили уголовное дело на неустановленных лиц стало известно 30 октября. В городской администрации у заместителя главы Елены Кожуховой и на рабочем месте главы городского горздрава Надежды Левицкой прошли обыски.

Правда незадолго до возбуждения дела неожиданно со своих постов уволились министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская и глава горздрава Надежда Левицкая. Официально их уход с «кислородным скандалом» никак не связан.

MyCollages_27_.jpg

В горбольнице №20 тем временем сменилось руководство. Причиной стала смерть Юрия Дронова, долгие годы возглавлявшего больницу. Он скончался 26 октября от последствий коронавируса. Примечательно, что в ту ночь он также был среди пациентов своей больницы.

Новый главный врач городской больницы № 20 Ростова-на-Дону Ваган Саркисян пообещал не оказывать давление на медицинских работников, которые рассказали о гибели людей в ковидном госпитале из-за перебоев с кислородом. Однако врачи начали уходить сами.  Борис Розин рассказал «Блокнот Ростов», что на главврача оказали давление.

— Пришел новый главный врач вызвал меня в кабинет. Он сказал, что руководство требует, чтобы я ушёл по собственному желанию. Я написал заявление. Я не в обиде на мэра города, который приказал главврачу 20-й больницы уволить меня по собственному желанию. Ведь как чиновники из здравоохранения подавали мэру информацию, он так её и воспринимал, он же не медик. Чего стоит его высказывание: «Розин построил рядом со своим кабинетом шлюз и входил в «красную зону», когда ему вздумается, не спрашивая ни у кого разрешения». А что, Александр Матросов, когда на амбразуру прыгал, он тоже спрашивал разрешения? Я рисковал своим здоровьем и жизнью. День и ночь там был, — рассказал Борис Розин.

IMG_2295 (1).jpg

Примечательно, что после скандала в 20-ке заговорили о строительстве собственной кислородной станции, чтобы избежать подобных проблем в дальнейшем. Правда уже в 2021 году от данной идеи отказались, сославшись на то, что это опасное производство. По словам Бориса Розина, как раз наличие кислородной станции бы могло помочь избежать данной проблемы, как и наличие запаса кислорода. Правда о последнем позаботились уже после трагедии. И как итог — больше перебоев с газом попросту не было.

Кислород, поступающий в госпиталь, закупался у единственного поставщика — частной компании ООО «Оксиген». Компания принадлежит Жанне Гомелаури. Только с МБУЗ «Городская Больница №20 Города Ростова-на-Дону» у компании было 12 контрактов на 149 млн 744 тыс 341 руб.  В конце 2019 года клиника заключила с фирмой контракт на поставку кислорода стоимостью около 11 млн рублей. Однако после наступления пандемии газа не хватало и осенью были заключены еще два контракта почти на 14 млн рублей. 

b93e7f92_c468_43d5_ada8_a2e9d4e77e92.jpg

Видимо компания не смогла отработать все заказы. Об этом говорит и тот факт, что для поставки кислорода в 20-ку осенью были заключены контракты на поставку газа с компаниями «СпецХимТранс», располагающаяся в Новочеркасске. В октябре было заключено дополнительное соглашение с краснодарской «Кубаньтехгаз».

Уже в начале ноября компания «Оксиген» неожиданно прекратила свою работу. Фирма объявила о прекращении отношений с больницами и вывезла оборудование по производству кислорода с территории БСМП.

И даже после возбужденного уголовного дела власти Ростова продолжали отрицать проблемы с кислородом. Так, Екатерина Гордон опубликовала ответ из администрации президента, где говорится, что медицинская помощь умершим в горбольнице №20 11 октября 2020 года была оказана в полном объеме с соответствии со всеми рекомендациями минздрава по борьбе с коронавирусом. Они апеллировали тем, что данных о перебоях не было в бумажных историях болезни.

5442ca49_3809_442e_be61_08c23a5c119a.jpg

А позже глава администрации Ростова Алексей Логвиненко решил обвинить во всем журналистов, которые пишут только «о плохом».

— СМИ накрутили проблемы вокруг 20-й больницы. Но при этом СМИ забыли рассказать, как эти проблемы решаются. Ведь люди попадали туда с большим поражением легких, и не было уверенности в их излечении, но людей вылечили. Вот о чем надо рассказывать. А СМИ всегда говорят о плохом. Поэтому нужно сделать обратный запрос журналистам, спросить их: что же вы творите? Зачем вы формируете негативный имидж медучреждению? Зачем людям туда попадать, если они уже будут бояться там лечиться? Не надо нагнетать обстановку», — сказал Алексей Логвиненко.

Спустя месяц он и вовсе рассказал свое видение ситуации в больнице.

log-pet (1).png

— Если мы берем ситуацию (кислородный скандал - прим. ред.), о которой многие писали, то нельзя делать какие-то выводы прежде, чем выводы сделают следственные органы. Возбуждено уголовное дело, ведется следствие, поэтому делать выводы раньше точно нельзя. Если коротко, то если кто-то умер в комнате от голодания, и при этом в шкафу стоит запас еды, то есть вопрос: а почему ей не воспользоваться? Когда говорят про час, про два — со слов определенных людей — резервов реанимации, запасов больницы, хватает на 24 часа, при максимальной нагрузке — на 12. Резервным запасом никто не воспользовался. Резервные баллоны не были включены. Это раз. Второе: существуют ручные методы подачи кислорода, кислородные подушки, которые пользуются, когда происходят отключения. Но никто им не воспользовался. Поэтому очень много вопросов. Когда провели проверку, выявили другое. Схемы действия персонала реанимации — как действовать в данной ситуации — нет. Руководитель реанимации (вероятно, Борис Розин - прим.ред.) заходит в реанимацию когда угодно и как угодно — даже шлюз себе дополнительный сделал, прямо рядом с кабинетом. А это опасная зона. Но никто даже не отмечался. Захотел — зашел, захотел — вышел. А когда сами сотрудники больницы нарушают правила… Ведь проверки реанимации начались задолго всей этой истории — и там были выявлены много нарушений. В том числе отказ принять пациентов, отказ в маршрутизации внутри больницы. «Мы не будем принимать, неперспективный» — отказывали. Это все находится в следственном комитете. Люди, в отношении которых шли эти проверки могли попасть под уголовную ответственность или увольнение, и через месяц провоцируют какую-то ситуацию. Возникают вопросы, — высказался Логвиненко.

По мнению бывшего главы реанимации 20-ки Бориса Розина Логвиненко таким комментарием показал только свою «глупость».

— Мэр сказал, что у врачей был запас кислородных подушек, и их надо было использовать для больных, находящихся на ИВЛ. Ну это же бред. Кислородных подушек уже давно нет. И аппарат ИВЛ «съест» подушку за полсекунды, вы ее просто не подсоедините, —  рассказал Розин.

Спустя год уголовное дело по «кислородному скандалу» так и не сдвинулось с мертвой точки. По словам врачей и родных погибших следователи общались с ними только осенью. 

— Да, я был у следователей. Мне показали список звонков, спросили, кто звонил. Я рассказал все, как было. По сути у следователей всё есть — и подделанные истории болезней, и заявления дежурных врачей, рапорт заведующего, который был вместо меня, об отсутствии кислорода, подтверждения того, что мне звонили из больницы, но они всё ещё что-то ищут, — рассказал Борис Розин.

В следкоме Ростовской области на запрос «Блокнот Ростов» ответили, что следствие по данному делу все еще идет. 

— В ходе предварительного следствия вся необходимая документация изъята, выполняются следственные и процессуальные действия, направленные на установление всех обстоятельств произошедшего. Они включают в себя большой объем сложных и длительных по времени производства судебных экспертиз, — ответили в ведомстве.

uDkVf7YVN_g (1).jpg

Данному факту сильно возмутилась Екатерина Гордон, которая посчитала, что следствие искусственно затягивают. Примечательно, что сразу после этого глава СК РФ затребовал отчет о ходе расследования.

MyCollages-_3_ (1).jpg

— «Председатель Следственного комитета Российской Федерации Александр Иванович Бастрыкин поручил и.о. руководителя следственного управления СК России по Ростовской области Шищенко М.А. доложить о проведенных следственных действиях по указанному уголовному делу», — говорится в сообщении пресс-службы СК РФ.

В августе 2021 года похожая трагедия произошла во Владикавказе. Там трагически погибли девять пациентов с коронавирусом. Они проходили лечение в Республиканской клинической больнице скорой медицинской помощи. Причиной стала утечка кислорода, из-за чего пациенты задохнулись. Информацию о ЧП в тот же вечер опубликовала пресс-служба правительства республики.  Было возбуждено уголовное дело по 238 статье «Выполнение работ и услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших по неосторожности смерть двух и более лиц».

Никита Никитин

Присылайте свои новости, фото и видео на номер +7 (938) 107-87-80 (Viber, WhatsApp). Звоните, если попали в сложную ситуацию и не получили помощи от чиновников. 

Подпишитесь на нашу группу в Instagram. Наш сайт в соцсетях: ОдноклассникиFacebookВКонтактеTelegram.

Новости на Блoкнoт-Ростов-на-Дону
Ростовскандалкислородгорбольница №20Татьяна Быковскаямедицина
0
7
Народный репортер + Добавить свою новость

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое

r1